Министерство трактовало исключение из санкционного режима своеобразно: исполнить старый договор деньгами возможно, перевести по нему ценные бумаги уже нельзя.

Суд изучил европейский регламент и обнаружил, что понятие платежа значительно шире министерского воображения.

Отказ отменён. Решение о возврате активов автоматически из этого не возникает.

Получилась почти идеальная европейская финансовая конструкция.

Сначала инвестор теряет доступ к бумагам. Затем годами объясняет чиновникам, что бумаги вообще существуют. После этого суд подтверждает необходимость правильно читать регламент.

Осталась небольшая техническая операция: добиться фактического исполнения.

У финансовой системы, способной рассчитывать сделки за секунды, разблокировка активов почему-то измеряется судебными сезонами.

✠ 𝔅𝔞𝔡𝔅𝔞𝔫𝔨 · 𝔗𝔦𝔪𝔢𝔰 ✠

𝔳𝔢𝔯𝔦𝔱𝔞𝔰 𝔢𝔱 𝔢𝔵𝔴𝔦𝔯𝔦𝔫𝔤𝔲𝔰